Время чтения ~5 мин.

The Economist: что есть лекарством от гиперинфляции

гиперинфляция в венесуэле

Грандиозное обесценивание национальной валюты Венесуэлы было лишь вопросом времени. Деньги в этой стране настолько утратили ценность, что банкноты уже используют в качестве туалетной бумаги. Чтобы купить хлеб, нужно привезти в магазин целую тачку с деньгами. Цены в супермаркетах растут каждый час… Пожалуй, это могло бы показаться  забавным, если бы не было настолько печальным.

Сегодняшние процессы в Венесуэле связаны с последними днями злополучного режима Николаса Мадуро (президент Венесуэлы с 2013 года). По оценкам Стива Ханке из Университета Джонса Хопкинса, цены удваиваются примерно раз в месяц, а уровень инфляции в прошлом году составил 100 000%. По прогнозам МВФ, в 2019 году эта цифра может достичь 10 000 000%.

Содержание:

  1. Гиперинфляция в истории
  2. Кто виноват
  3. Замкнутый круг
  4. Остановите печатный станок!
  5. Свет в конце тоннеля

Гиперинфляция в истории

Диоклетиан

С подобными процессами мир сталкивается далеко не впервые. Так, Рим перенес чрезмерное обесценивание денег еще во время правления императора Диоклетиана в третьем веке. Любопытно, но распространение не обеспеченных золотом валют, подкрепленных лишь авторитетом правительства, со временем стало восприниматься как нечто само собой разумеющееся. Прошлое столетие также отличилось крайне деструктивными всплесками инфляции: после Первой и Второй мировых войн, во время постсоветского перехода от коммунизма к капитализму. Также совсем недавно инфляция захлестнула экономику бедных стран, в основном, государств Африки и Латинской Америки. Это нетипичные случаи. Скорее, они демонстрируют катастрофическую неспособность правительства держать ситуацию под контролем.

В узком смысле инфляция – это явление в мире финансов, когда печатные станки монетного двора работают без остановок. И все же главный вопрос для экономистов и тех, кто пытается покончить с обесцениванием национальной валюты: почему прессы выходят из-под контроля?

Кто виноват

Виновником почти всегда является политически неразрешимое фискальное давление. Огромный дефицит бюджета может подорвать доверие к бюджетной дисциплине государства (то есть к ограничению расходов), что приведет к ослаблению валюты. Также инфляцию стимулирует тяжелое бремя долгов, взятых правительством, и стремительно ухудшающийся обменный курс, повышающий стоимость импорта. Большинство правительств в таких обстоятельствах предотвращают надвигающийся кризис, стараясь не делать новых долгов и увеличивая количество банкнот.

Действительно, периоды обесценивания национальной валюты не так уж необычны. Так считают Стэнли Фишер, бывший зампредседателя Федеральной резервной системы, Ратна Сахая из МВФ и Карлос Вега из Всемирного банка. Они отмечают, что в послевоенный период в пятой части из 133 стран в какой-то момент инфляция превышала 100%. Но большинству государств все же удалось избежать этого. Действительно, в стране с годовой инфляцией в 100–200% вероятность ее снижения в следующем году вдвое выше, чем роста.

Замкнутый круг

боливия

Впрочем, иногда ситуация ухудшается. Политики не всегда могут провести необходимые реформы, не потеряв поддержки заинтересованных групп, удерживающих их у власти. Таким образом, продолжаются чрезмерные расходы, которые все чаще финансируются за счет сеньоража – прибыли государства от права чеканки металлических монет, благодаря разрыву между номинальной стоимостью новых банкнот и стоимостью их печати. По мере нарастания счетов деньги только обесцениваются.

Гиперинфляция – монетарное явление, часто проявляющееся на фоне войны или другого социального хаоса. Веймарское правительство Германии, охваченное политическими волнениями и обремененное военными долгами и репарациями, было «помиловано» в экономическом смысле этого слова.

Порой гиперинфляция начинается и при более прозаических обстоятельствах. Так, в 1970-х годах Боливия переживала сырьевой бум под управлением военного лидера Уго Банзера, политика которого была направлена на получение кредитов из-за границы. Банзер был отстранен от власти в 1978 году. В ходе последовавших потрясений изменились глобальные экономические условия; процентные ставки выросли, а цены на сырье упали. Левое правительство, пришедшее к власти в 1982 году, получило наследство в виде годовой инфляции в 300%, сокращения экономики и потери доступа к иностранным кредитам. Но, как отметил Джеффри Сакс из Колумбийского университета в анализе, опубликованном в 1987 году, новое руководство Боливии завоевало поддержку, пообещав увеличить социальные расходы. Попытки ограничить расходы или повысить налоги привели в ярость группы интересов, от которых зависело правительство. Продолжалась опора на сеньораж, а инфляция выросла до 60 000%.

Когда-то, экономисты думали, что высокая инфляция – это слишком устойчивое явление, так как по умолчанию ожидается рост цен. Тем не менее, в оригинальной статье 1981 года Том Сарджент, лауреат Нобелевской премии, утверждал обратное. Скорее, ожидания высокой инфляции отражают откровенные оценки правительственной политики: люди ожидают значительное обесценивание национальной валюты, когда политики несерьезно относятся к реформам. Он отмечает, что заслуживающий доверия сдвиг в политике может изменить ожидания быстро и с небольшими затратами или вовсе без затрат. Сарджент изучил четыре случая крупной инфляции в 1920-х годах и пришел к выводу: через несколько недель после того, как политический курс становился надежным, изменившись в сторону «смены режима», гиперинфляция прекращалась.

Остановите печатный станок!

Более поздний опыт подтверждает, что гиперинфляция может быстро закончиться при правильных условиях. Обычно это означает устойчивую бюджетную консолидацию, обязательство правительства прекратить финансирование через сеньораж и приверженность новой финансово-кредитной структуре, чаще всего через колебания валютного курса. Часто в этом помогает новый политический курс государства, а также внешняя финансовая поддержка.

Новое правительство пришло к власти в Боливии в 1985 году, после трех лет бушующей инфляции. Руководство подняло налоги, сократило государственные инвестиции, заморозило зарплаты бюджетникам и перестало выплачивать проценты по внешним долгам. Таким образом фискальный баланс был восстановлен. При помощи МВФ эти меры также стабилизировали обменный курс в отношении доллара. Программа активно развернулась в конце августа 1985 года – уже к началу сентября огромный уровень инфляции перешел в дефляцию.

Свет в конце тоннеля

Аргентина

Не каждый случай заканчивается так положительно. Между тем, эти примеры доказывают, что некоторой фрустрации все же сложно избежать. Такова была ситуация в Аргентине и Бразилии в 1980-х и 1990-х годах, поскольку неоднократные попытки стабилизации не смогли окончательно решить проблему. После долгих периодов управления страной неэффективных лидеров люди оказываются измучены кампаниями за реформы.

По мнению экспертов, таким странам как Венесуэла может потребоваться экономический шок: конечно же, в случае серьезного отношения к реформам. При этом несмотря на прошлые рекорды уровня инфляции, эта страна все еще может избежать печальной судьбы. Национальная валюта Венесуэлы крайне обесценилась только в последние несколько лет и произошло это на фоне перманентного и масштабного отсутствия фискального контроля. Таким образом, для венесуэльцев, чем скорее произойдет смена режима и политического курса, тем лучше.

  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1
(4 голоса, в среднем: 5 из 5)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх